22-23 января 2026 года в Мензелинском районном суде Республики Татарстан прошло очередное заседание по моему уголовному делу. Для меня это был один из тех дней, когда правда наконец-то начала пробиваться сквозь стену искусственно созданных обвинений.
Ключевое свидетельство: Ключевой свидетель по одному из главных эпизодов, Римма Кустова, дала показания, которые полностью разрушили версию следствия. Она прямо и без колебаний заявила в зале суда:
«Никакой взятки не было, и мои отношения с Энгелем Фаттаховым всегда носили исключительно рабочий характер!»
Я слушал эти слова и понимал: именно так всё и было на самом деле. Никаких взяток, никаких личных корыстных мотивов — только нормальное рабочее взаимодействие главы района с предпринимателями, которые помогали муниципалитету.
Что вменяют и как было на самом деле
Следствие утверждает, что я якобы получил взятку в виде трудоустройства Зульфии Газизовой. По их версии, я оказал давление на Римму Кустову, чтобы она оформила гр. Газизову в свою организацию на должность оператора, хотя фактически та работала поваром в гостевом доме, где обслуживались приезжающие в Актаныш официальные делегации.
Гр-ка Кустова в суде всё объяснила чётко: в администрации района нет штатной единицы повара для таких нужд. Поэтому её бизнес пошёл навстречу муниципалитету и оказал спонсорскую помощь, чтобы район мог достойно принимать гостей.
Это было обычное содействие району, помощь в решении практических задач. Ничего личного, ничего коррупционного. Я как глава района просил о таком содействии, и Римма, как ответственный предприниматель, помогла. Всё.
Как и почему появились «признания» на следствии
В суде огласили старые протоколы допросов Кустовой со стадии следствия. Там якобы были её «признания» во взятке и в том, что я на неё давил. Она эти формулировки полностью опровергла и рассказала, как они появились:
- Конкретные фразы о «взятке» и «давлении» придумал и вписал сам следователь.
- На неё оказывалось сильнейшее психологическое давление.
- Против неё самой уже было возбуждено уголовное дело.
- Следователь поставил прямой ультиматум: либо даёшь показания против Фаттахова, либо тебя делают обвиняемой по полной.
- Находясь в такой ситуации, она вынуждена была подписать то, что ей подсунули.
Римма подвела итог одной короткой, но очень точной фразой:
«Подписала под угрозами».
Я смотрел на неё в зале суда и думал, сколько же людей прошли через подобное давление, чтобы следствие могло «нарисовать» нужную картину.
Реакция защиты: Адвокаты после допроса Кустовой отметили: «Обвинение рассыпается на глазах! Эпизоды с участием Нагимова и Кустовой не находят подтверждения в суде. Они — результат давления на зависимых свидетелей, а не реальных коррупционных схем».
Моя позиция
Я на протяжении всего процесса последовательно отрицаю вину. Это дело заказное и политически мотивированное. Никаких взяток я не брал. Всё построено на вынужденных показаниях, давлении и фабрикации. Когда свидетели попадают в зал суда и могут говорить свободно, правда выходит наружу.
Процесс продолжается. Я благодарен Р. Кустовой за смелость и честность. Чем дальше мы разбираем каждый эпизод в открытом судебном заседании, тем очевиднее становится, что это не борьба с коррупцией, а попытка уничтожить неугодного человека с помощью репрессивного аппарата.
Мы продолжаем бороться за правду. Я верю, что справедливость восторжествует.